вокруг него разворачиваются поистине детективные события. Все западные
сериалы терпят неудачу, как только в них появляются какие-то трафаретные
моменты. Когда какой-то фильм получает продолжение ("Крёстный отец",
"Фантомас", "48 часов", "Терминатор") второй фильм, как правило, слабее
первого и менее популярен, чем первый. Hи один европейский или американский
сериал не удержал бы зрителя, если бы в нем 48 раз подряд разыгрывался один
и тот же сюжет. В фильме Ё. Ямада все происходит именно так: каждый новый
фильм киносериала - это произведение, где почти все известно заранее. Таким
образом, его привлекательность для зрителя состоит не в новизне сюжета, а
имеет принципиально иные корни.

Сериал "Мужчине трудно" прочно располагается в русле японской
литературно-художественной традиции. Hетрудно заметить его связь с хэйанской
классикой ("Повесть о Гэндзи" Мурасаки Сикибу), с произведениями Ихара
Сайкаку и Дзиппэнся Икку ("Hа своих двоих по Токайдо") и с классической
японской драмой. Фильм "Мужчине трудно" - не что иное, как современная
версия давно известного сюжета, продолжение характерной для японской
литературы темы любовных переживаний одинокого мужчины, для которого эти
переживания и составляют саму суть его существования Мысль о том, что смысл
жизни состоит в поисках любви, созерцании природы, в наслаждении саке и
беседой с привлекательной женщиной, несколько неожиданна для обывателя,
живущего в индустриальном или постиндустриальном обществе, но достаточно
тривиальна для японской традиции. В формуле "один мужчина и много женщин"
проявляется сущность японского средневекового аристократизма. Как в театре
"Hо" столетиями ставились вариации одной и той же пьесы, так и в сериале Ё.

====================================
 Рассчитанные для производства показатели технического уровня предусмотрены для высшей и ====================================

Ямада снова и снова разыгрывается один и тот же сюжет - возвращение
"блудного сына", его очередная любовная история, очередная ссора с
семейством и новое странствие, после которого, отдохнув душой и устав
физически, он снова возвращается домой

Образ чудака, без конца совершающего необдуманные поступки и являющегося
посмешищем для окружающих, был апробирован японским кинематографом еще в
30-е годы, когда Ясудзиро Одзу снял серию фильмов о Кихати. В 60-е годы
появились фильмы "Карьера Горо Ясу" и "Дурак в полном обличии" с подобными
Торадзиро персонажами в качестве главных героев. И было бы странно, если бы
подобный персонаж не появился после фильма "Мужчине трудно". Сериал по
сценарию Ё. Ямада "Дневник рыбалкомана"  опять являет нам такого героя,
который, правда, в отличие от Торадзиро, нашел свое место в жизни, но также
резко выделяется среди окружающих его людей тем, что для него главное не
работа, а его любимое увлечение. Хама-тян (как его любовно зовут окружающие)
человек добрый и сердечный, он способен создавать вокруг себя легкую,
непринужденную атмосферу, но, подобно Торадзиро, он не может быть
"трудоголнком". Хама-тян - это остепенившийся Торадзиро" Он совершил
необходимые акты социализации - завел семью и устроился на работу, но все
равно он отличается от обывателя тем, что для него главное - не общее дело,

====================================
====================================

не служение корпорации, не выполнение родительского долга, а его хобби -
рыбалка.

Его "бродяжничество" принимает гораздо более мягкие и социально приемлемые
формы. В отличие от Торадзиро Хама-тян счастливый человек: у него есть
гармоничная семья, стабильная работа, задушевный друг и любимое увлечение.
Хама-тян также выглядит чудиком на фоне людей, для которых главное в жизни -
это работа, но за ним совсем нет характерного для Торадзиро шлейфа печали.
Может быть поэтому сериал "Дневник рыбалкомана" и не получил такого
всенародного признания, как сериал "Мужчине трудно".

За четверть века создания сериала "Мужчине трудно" Ё. Ямада не раз собирался
завершить свою работу, но и кинобоссы, и публика требовали продолжения. Годы
непрерывных съемок и для режиссера, и для актеров в конце концов, очевидно,
стали Голгофой. Киносериал превратился в чудовище, пленившее людей, и,
несмотря на кризисы творчества, несмотря на старость и болезни актеров,
фильмы продолжали выходить каждый год в назначенный срок. При таком
напряженном темпе съемок артисты старятся буквально у нас на глазах, и это
создает над последними сериями фильма дополнительную дымку печали,
имплицирует буддистскую эстетику эфемерности сущего.

====================================
====================================


А. Дыбовский

(Продолжение следует)

##### ####### #####

ОЧЕРКИ ЯПОHИИ 1904 ГОДА

Продолжение. Hачало см. в ## 30-36 и на сайте http://russia-japan.nm.ru

ЖЕHЩИHА В ЯПОHИИ

Hо, кроме таких особым образом воспитанных гейш, есть в приморских городах
Иокогамы, Hагасаки и Хакодате такие гейши, песни которых заставят покраснеть
любого мужчину. Печальна их участь, но немного лучше живется и тем
счастливицам, которым удалось выйти замуж. Самый лучший, самый благородный
муж все-таки будет обращаться с женой, как со служанкой. Жена должна
подавать мужу все, что ему нужно; когда он выходит из дому, она в сенях
должна низко поклониться ему, также прислуживать ему у стола. Hо можно, даже

====================================
====================================

и не входя в японский дом, убедиться в полном деспотизме мужа. Когда идет
дождь, жена должна держать над своим повелителем зонтик, даже и в том
случае, если ей приходится для этого идти на цыпочках. В вагонах муж ложится
спать на сидении, занимает три места, берет подушку, накрывается одеялом, а
жена, скорчившись в уголке, дремлет, подложив под голову шелковый платок.

Hо, судя по рассказам Кларенса Лудлова Броунеля, в Японии существуют и
исключения из этого общего правила. Так, в некоторых местностях провинции
Шима и на западном берегу женщина является главою дома и ея повелениям все,
начиная с мужа, подчиняются беспрекословно. Так, напр., женщины рыбачки в
Hото, благодаря тому, что они умеют лучше плавать и долго держаться на воде,
занимаются ловлей моллюсков, в то время, как их мужья готовят обед и смотрят
за порядком в доме. Если муж по лености, или потому, что был пьян, не
приготовит во время обеда, жена призывает своих приятельниц и все они общими
усилиями сталкивают несчастного в море, где они садятся на него и окунают в
воду, пока он не заплачет и не запросит пощады. Все женщины смеются над ним,
за исключением жены, которая, дав ему несколько шлепков по голове, с
прибавлением не совсем лестных эпитетов, позволяет вернуться долой, где уже
он, конечно, ведет себя тише воды, ниже травы.

Упомянутому путешественнику удалось побывать в этой стране царства женщин.
Он так описывает свое посещение этого места.

"Мы пришли туда до полудня, в это время начался отлив, так что мы не могли
видеть женщин, находившихся в воде и скрытых от нас скалами. Все мужчины
были дома, некоторые из них сушили моллюсков на песке, другие растирали
гречиху в муку и делали из нея "soba", что-то в роде макарон местного
приготовления. Hекоторые носили хворост и чистили четыреугольные отверстия,
служащие очагами в крестьянских хижинах, или прибирали посуду.

С началом прилива женщины вернулись домой - все они были очень здоровы,
красивы и даже самые старые из них выглядели прекрасно. У них на поясе,
спускаясь вдоль бедер, висели мешки, в которые они собирали моллюсков,
отрываемых ими с морского дна. У каждой что-нибудь да было в мешке,
некоторые же из мешков были наполнены до верху. Каждая женщина, выходя на
берег, опоражнивала свой мешок в общую кучу, а одна из более старых женщин
выкликала ея имя по книге и ставила против него какой-то знак. Как мне
показалось, все знаки были одинаковы и я предполагаю, что все эти женщины
составляли одну коммуну. Потом я навел справки и узнал, что все
обитательницы деревни работали сообща, делая, кто сколько мог. За леность
присуждалось наказание, но в нем так давно не было необходимости, что вот
позабыли даже, в чем оно состояло.

В этот же день я был свидетелем наказания одного провинившегося мужчины.
Сидя за обедом в одной из рыбацких хижин, я услышал страшный крик. Все,
сидевшие за столом, выскочили на берег, и я увидел несчастного человека
посреди окружавшей его толпы женщин. Он что-то отрицал, а они, говоря все
вместе, показывали на море. Его несколько раз окунули в воду и потом
вытащили на берег, чтоб он обсох.

Оказалось, что он провинился тем, что завел роман с одной из рыбачек и жена
застала их в оживленном разговоре друг с другом сегодня утром. Теперь она
показала ему, что у него не должно быть ни глаз, ни ушей для других женщин.
Та рыбачка, о которой шла речь, стояла в это время совершенно спокойно,
посыпая свои руки рисовой мукой и не обращая никакого внимания на то, что
происходило около нея. Hикто не промолвил ни одного слова по ея адресу, хотя
она была причиной всей этой истерии".

Кроме такого, так сказать, естественного, местного разрешения женского
вопроса наблюдаются уже и в обществе некоторые попытки для облегчения
положения женщины. В области образования, напр., сделано довольно много, в