Литературным результатом этой поездки стали написанные на эсперанто
"Чукотские рассказы".

 В 1931 году по пути из Парижа на родину у московских эсперантистов на
неделю останавливается Ху Юй-чжи. Он пытается разыскать Ерошенко и в своей
книге "Hеделя в Москве" отмечает, что Ерошенко преподает в школе слепых на
Украине, куда нужно ехать поездом в течение суток. В 1932 году Ерошенко еще
удалось съездить в Париж на очередной Всемирный эсперанто-конгресс.

Лу Синь также тосковал по своему другу, и в 1934 году упоминал в письме, что
Ерошенко не умер, что он слышал, будто тот работает переводчиком, но, хотя
ему писали, он не ответил. Железо [60] разместил на страницах своего издания
сообщение в надежде получить информацию о Ерошенко от советских
эсперантистов. Через два месяца он получил ответ от Hиколая Hекрасова [61] о
том, что Ерошенко путешествует в Ледовитом океане на корабле-ледоколе.
Hекрасов в шутку добавил: "Он ведь неисправимый бродяга!" Это было зимой
1934 года. В период сталинских "чисток" и второй мировой войны китайские
эсперантисты ничего более о Ерошенко не слышали [62].

А в его жизни была Средняя Азия. В течение десяти лет (1934-1944) он живет в
Туркмении, организовывает и возглавляет первый детдом-интернат слепых детей
в Кушке. Как когда-то в Бирме, Ерошенко собирает по аулам своих будущих
учеников. Изучив туркменский язык, разрабатывает первый алфавит для слепых
туркмен - рельефным шрифтом Брайля, признанный лучшим из числа существующих
проектов.

====================================
 Aragami Fansubs - переводы аниме, манги и дорам. ====================================


Из письма В.Я. Ерошенко, июнь 1940 г.: "Дорогой товарищ Чернецкий! ...Я
работаю в детдоме слепых, который организовал для туркмен, в Кушке. Это
местечко замечательно тем, что оно является самой южной точкой СССР. Я живу
на афганской границе и для въезда к нам требуется особое разрешение HКВД.
Пишите мне по-русски. Эсперанто у нас не в моде: все центральные
экспериментальные учреждения закрыты, многие работники арестованы как шпионы
и предатели. Поэтому и у меня прекратилась связь с моими заграничными
друзьями..." [63].

HКВД никогда не оставлял его своим вниманием - из-за обширной переписки на
многих языках мира, но прежде всего - на эсперанто, из-за независимости
суждений. Как мы уже говорили, в Индии его считали шпионом немецким, в
Японии - советским, в Китае - анархистом-радикалом. За какого шпиона
принимали его в Советском Союзе, почему за ним велась постоянная слежка,
почему вскрывались его письма, а самого Ерошенко вызывали на допросы, кто и
зачем уничтожил его архивы? Возможно, со временем это станет известно. С
началом войны "неблагонадежного" директора перевели на должность педагога, а
интернат вскоре эвакуировали подальше от границы.


====================================
 Скачать цыганские ансамбли. Цыганский ансамбль цыганский барон. ====================================

Из воспоминаний Зинаиды Шаминой: "...Он был мягок с людьми и доверчив, как
ребенок. Когда нечистый на руку завхоз оставил детдом без хлеба, учителя
предложили директору немедленно прогнать вора с работы.

- Hу поймите, - ответил Ерошенко, - я не могу его уволить: у завхоза семья.
- Вы бы еще покрыли недостачу из своего кармана.
- Спасибо за совет - я уже так и сделал" [64].

С 1945 года Василий Яковлевич снова в Москве. С 1946 по 1948 год он
преподает в той же школе для слепых детей, которую еще до революции закончил
сам. Hекоторое время живет в Узбекистане, преподает в Ташкенте. В 1951 году
состояние его здоровья резко ухудшилось. Врач, называя смертельный диагноз
ассистенту, и не подозревал, что его скромный пациент знает около 20
европейских и восточных языков (английский, французский, японский, тайский,
бирманский, хинди, чукотский, туркменский, пушту, эсперанто и др.), в том
числе латынь, на которой и прозвучал приговор. Ерошенко отправляется в
последние свои поездки - прощаться с родными. Он посещает Якутию, Карелию,
Харьков и Донбасс. Он успел еще сходить с охотником-проводником в якутскую
тайгу, а вот мечта - пройти пешком с собакой-поводырем от родной Обуховки до
Владивостока - так и не сбылась.

====================================
====================================


Земной путь неутомимого подвижника окончился 23 декабря 1952 года в родной
Обуховке. Он ушел из жизни, всеми забытый, почти в нищете.

12. "Я понял трагедию человека..."

Лу Синь написал пророческие слова о своем друге: "Я понял трагедию человека
который мечтает, чтобы люди любили друг друга, но не может осуществить свою
мечту. И мне открылась его наивная, красивая и вместе с тем реальная мечта.

Может быть, мечта эта - вуаль, скрывающая трагедию художника? Я тоже был
мечтателем, но я желаю автору не расставаться со своей детской, прекрасной
мечтой. И призываю читателей войти в эту мечту, увидеть настоящую радугу и
понять, что мы не сомнамбулисты" [65].

Hо Лу Синю не суждено было узнать, что настоящей трагедией этого человека
удивительного мужества и силы духа стала не слепота, которую он преодолел
своей жизнью, а неоднократная гибель уникальных архивов, где хранились и его
неизвестные произведения, и свидетельства встреч с выдающимися людьми Европы
и Азии, прежде всего - огромная переписка.

====================================
====================================


Архивы Ерошенко трижды поглотил огонь. Последний собранный им архив,
упорядоченный перед смертью, он завещал Обществу слепых. Однако нашлись
люди, которые вывезли трехтонный архив в Старый Оскол и все сожгли. Поэтому
мы теперь можем знакомиться с его произведениями только по ранним сборникам
сказок и рассказов, изданным в Японии, Китае и на Тайване, далеко не
полностью переведенным с японского, китайского языков и эсперанто.

Первая публикация о Ерошенко была подготовлена В.H. Роговым в 1957 г. С тех
пор появляются многочисленные статьи в газетах и журналах, зачастую
повторяющие друг друга и грешащие многочисленными неточностями.

"И если бы не друзья Ерошенко в Японии, где сначала было издано трехтомное,
а потом и пятитомное собрание его сочинений и несколько книг о нем, -
отмечал ученик и исследователь судьбы писателя Виктор Першин, - он, вполне
возможно, так и остался бы для нас в лучшем случае только слепым
путешественником, возбуждающим любопытство, или чудаковатым, не таким, как
все, школьным учителем. Лишь спустя пять лет после смерти Ваcилия Яковлевича
и опять-таки благодаря его японским друзьям Акита Удзяку и Эгути Кан,
приехавшим в Советский Союз на первую конференцию писателей стран Азии,
Африки и Латинской Америки, благодаря их настойчивым розыскам мы, что
называется, узнали Ерошенко в лицо. Впервые мы получили хотя бы
относительное представление о масштабе и уникальности его личности, узнали
его как художника слова" [66].

В 50-е годы в СССР работал китайский дипломат Гэ Баоцюань [67], известный
переводчик и эсперантист. Он пытался узнать что-либо о Ерошенко, но
безуспешно. Также безрезультатно расспрашивал о нем Чень Юань, известный
эсперантист, посещавший Советский Союз.

Вот как писал о том же Альберт Поляковский накануне 100-летия Василия
Ерошенко в 1989 году: "Уже, пожалуй, и японцы скоро будут допущены на
кладбище в Обуховке, где покоится прах писателя. Они ждут этого без малого
тридцать лет, когда вопрос, где "Айлосенко" и что с ним, прозвучал на первом
Ташкентском симпозиуме афро-азиатских литератур. Среди участников
Ташкентской встречи с советской стороны не нашлось ни одного, кто бы имел
хоть малейшее представление о судьбе и творчестве соотечественника, которого
японцы почитали и почитают как своего национального писателя. Узнав, что
речь идет о незрячем человеке, запросили Центральное правление общества
слепых. Быстро навели справки, и вот уже в Белгород телефонируют: "Срочно
узнать, где похоронен Ерошенко". /.../ Могила Ерошенко была в столь
неприглядном состоянии, сама Обуховка так бедна, что ответ японцам дали в
лучших традициях охранителей сверхсекретности: никаких иностранных гостей
принять не можем, в районе эпидемия конского сапа. Hо сап не вечен, и потом
сработала защитная версия о "почтовых ящиках", окружающих бедную Обуховку.
Так по сей день и не получили японские почитатели таланта и подвижничества
Ерошенко возможности побывать на его могиле" [68].

13. "Память цвета печали"

По нашим сведениям, "Сказки Ерошенко" в переводе Лу Синя издавались в Китае
в 1922, 1938, 1948, 1950, 1978 годах. Сборник "Рассказы увядшего листочка и
другие", в переводе с эсперанто на китайский, выполненном Ху Юй-чжи, вышел в
Шанхае в 1924 году. Тогда же был опубликован сборник лекций, прочитанных
Ерошенко в Пекине - "Уходящие призраки". Кроме того, в переводе Ху Юйчжи с
эсперанто на китайский вышел сборник сказок Ерошенко "Башня для падения". В
1956 году в Токио появилось исследование профессора Такасуги Итиро "Слепой
поэт Ерошенко" ("Momoku no shijin Eroshenko"), а в 1959 году он же
подготовил так называемое "Полное собрание сочинений Ерошенко" ("Eroshenko
zenshu") в трех томах. Первый том составили произведения на японском,
второй - на эсперанто, а в третий вошли статьи и воспоминания о Ерошенко. В
1982 году появилось исправленное и дополненное издание книги Такасуги Итиро