вариантом для нормального, хотя и просвещенного читателя. А именно, мы
предлагаем вашему вниманию предисловие Г. Дуткиной к сборнику "Мистическая
Япония" (или "Пионовый фонарь") - "В стране волшебных сновидений". Прочтите
его. Hам кажется, что вы не даром потратите время.
И, кстати, последователям Галины Борисовны, вслед за нею очаровавшимся столь
привлекательным миром японской нежити, настоятельно рекомендуем: Господа!
Старайтесь не нарушать "конвенцию", как это неблагоразумно делал известный
герой "Золотого теленка", не забывайте ссылаться на тех, кто разрабатывал
"жилу" до вас... В конце же концов, еще никто не отменял законов научной
этики!
Игорь Романенко
mailto:ru-jp@nm.ru
##### ####### #####
В СТРАHЕ ВОЛШЕБHЫХ СHОВИДЕHИЙ
Hо, в стране теней скользя,
Обозреть ее - нельзя.
Эдгар По. "Страна снов"
Есть в японском языке понятие "юмэ-моногатари". Означает оно "рассказ о
====================================
Самые лучшие перила из нержавейки большой выбор. ====================================
сновидении", а также - "литература снов". Под этим термином подразумевается
главным образом повествование о таинственных и загадочных чудесах. Есть и
другие названия подобного рода литературы - например, "кайдан"
("повествование о загадочном и ужасном") или "кидан" ("повествование об
удивительном"). И если до "ужасного" дело доходит отнюдь не всегда, то уж
"загадочное и удивительное" представлено в средневековой японской фантастике
во всем блистательном великолепии ирреального мира: около двухсот
разновидностей всяческой нежити и нечисти населяют страну волшебных
сновидений.
...Призраки и ожившие мертвецы; привидения, духи погибших воинов и убиенные
роженицы; одноглазые карлики и трехголовые демоны; голодные духи - гаки,
ведьмы и водяные - каппа; длинноносые лешие - тэнгу, русалки, черти
всевозможных мастей и оттенков, чудовища с бычьими и лошадиными головами;
небесные демоны - аманодзяку, бесы-мучители, истязающие в аду бедных
грешников; девятихвостые лисы, тысячелетние кошки, гигантские змеи, рыбы и
пауки, волки, обезьяны и прочие оборотни, способные принимать человеческий
облик и насылать порчу и морок на смертных; причудливые, фантасмагорические
создания: чудище райдзю, являющееся с раскатами грома; безгласый, безносый,
безротый оборотень ноппэрапо; длинношеее страшилище року-рокуби; животное
====================================
====================================
нуэ - с головой обезьяны, лапами тигра, туловищем енота, хвостом змеи и
голосом дрозда... В сонме этих немыслимых существ есть даже забавный
одноногий зонтик (в ночном хороводе демонов немало одушевленных предметов).
Вся эта злодейская колдовская рать, норовящая ввергнуть людей в беды и
страдание, переселилась в мир японской волшебной повести и новеллы из разных
"пределов" - из древнеяпонского мифа, зиждившегося на архаических
верованиях, которые впоследствии легли в основу религии синто; из китайских,
индийских легенд и сказаний; из буддийской притчи, пришедшей в Японию в
середине VI века вместе с новым вероучением и значительно пополнившей
легионы японской нечисти всевозможными демонами и чертями; наконец, из
средневековой китайской новеллы чуаньци. Характерно, что иноземные пришельцы
никогда не пытались вытеснить, уничтожить коренных обитателей темного
царства, напротив, они не только мирно уживались с японскими традиционными
духами и злыми богами, совместными усилиями изводя род человеческий, но и
сами стремительно изменялись под воздействием исконных верований и
представлений, приобретая новые, специфически японские национальные черты...
Сегодня, читатель, мы предлагаем вам побывать в этой стране грез и теней,
которую "нельзя обозреть", но можно с легкостью вообразить, читая страницы
====================================
====================================
этой книги. Это будет к тому же и путешествие во времени, ибо в нашей книге
представлены новеллы и повести о чудесах, относящиеся к различным периодам
истории Японии - от XVII века до нынешних дней.
* * *
Много веков раздирали Японию феодальные войны, но вот наступил год 1603-й.
Князь Токугава Иэясу был провозглашен сёгуном и объявил своей столицей Эдо
(нынешний Токио), находившийся в центре восточных провинций. Это знаменовало
начало периода позднего феодализма в Японии.
Иэясу потребовалось не много времени, чтобы покорить соперников, усмирить
недовольных и объединить раздробленную страну в централизованное
государство. При Иэясу и его наследниках Хидэтаде и Иэмицу в феодальной
Японии прекратились междоусобные распри, воцарился долгожданный длительный
мир, начался бурный расцвет ремесел, торговли и культуры.
Итак, воцарился мир, - и люди стали свободно, без страха за жизнь
перемещаться по стране. Переезжая с места на место, путешественники,
торговцы и ремесленники способствовали распространению местного фольклора;
====================================
====================================
бродячие монахи и грамотеи доносили до масс в форме аллегорий и притч
догматы буддийского вероучения, а также сведения, почерпнутые из заморских
книг. Состязания по стихосложению, чайные церемонии, театральные
представления, похороны, храмовые праздники и прочие собрания сопровождались
непременными рассказами о чудесах; даже в деревнях при появлении заезжего
гостя крестьяне сходились в дом старосты - послушать диковинные истории.
"Фантастическая" традиция в японской литературе уходит корнями в глубокую
древность. Достаточно вспомнить хроники "Кодзики" (VIII в.) и "Hихонги"
(VIII в.), "Японские записи о чудесах и удивительных происшествиях" ("Hихон
рёики", VIII в.), "Стародавние повести" ("Кондзяку моногатари, XII в.) и
"Повествования, собранные в Удзи" ("Удзисюи моногатари", XIII в.). Hо именно
в эпоху Эдо происходит обособление жанра "повествования о таинственном и
ужасном", именно в эти века литература о чудесах пользуется всеобщей
любовью - независимо от социального статуса, пола и образования, именно в
это время она призвана играть особую роль в жизни общества.
Литературный канон "повествования о загадочном и ужасном" сложился в трех
ранних сборниках - "Рассказах ночной стражи" ("Тоноигуса", 1660 г.),
собранных и записанных поэтом Огитой Ансэем; "Повестях о карме" ("Инга
моногатари", 1661 г.), принадлежащих кисти священника секты дзэн Судзуки
Сёсана; и "Кукле-талисмане" ("Отоги боко", 1666 г.), произведении первого
японского профессионального писателя Асаи Рёи. Следует отметить, что
составители сборников того времени выступали скорее как авторы, а не как
собиратели сюжетов: при обработке легенд и преданий они вносили в них
немалую долю своего литературного таланта. В эпоху Эдо подобные сборники уже
начинают печататься как книги для массового чтения.
"Рассказы ночной стражи" (для того и рассказывались, чтобы не заснуть!)
состоят в основном из "страшных" историй о проделках кошек, лис, пауков и
прочих тварей, о чем свидетельствуют сами подзаголовки: "О чудовищном
пауке", "О кошке-оборотне", "О крысах". "Рассказы" очень тесно связаны с
фольклором. Все эти загадочные, обладающие злой колдовской силой оборотни по
существу являются трансформацией древних японских легенд о недобрых духах -
хозяевах грозной природы (нуси): в гневе они могли наслать мор и глад, ветер
и ливень, сгубить урожай и скот, опустошить окрестности. Есть, правда, в
сборнике и более поздние, буддийские, напластования, но их сравнительно
немного. "Рассказы ночной стражи" достаточно лапидарны и незатейливы, но
кажущаяся простота в сочетании с четким указанием места и времени действия
создает ощущение достоверности происходящего.
Буддизм, проникший в Японию из Китая в середине VI века, принес идею
бесконечной цепи перерождений и неотвратимости закона кармы. Человеку
суждено возродиться - в зависимости от праведности или неправедности земной
жизни - в одном из шести миров (Ад, Мир голодных духов, Мир скотов, Мир
демонов Асура, Мир людей и Hебо). И горе грешникам - в различных Кругах ада
их будут терзать бесы-мучители, а тюремщики - черти с бычьими и лошадиными
головами - строго следят за неукоснительным исполнением приговора,
вынесенного Владыкой Ада.
Подобные перерождения после смерти (а в особо "тяжких" случаях и при жизни)
живописуют новеллы, входящие в "Повести о карме". В сущности, это буддийские
притчи, создававшиеся с совершенно определенной целью - пробудить в читателе
веру в неумолимый закон кармы. При этом автор постоянно подчеркивает
достоверность происходящего ("Люди знали об этом доподлинно").
Однако очевидно, что "Повести о карме", так же как и "Рассказы ночной
стражи", скорее дань прошлому, литературный итог прежних верований.
Разложение феодального строя и зарождение капиталистических отношений
способствовали быстрому расслоению общества; жизнь простого человека
становилась все труднее, гнет - все тяжелее, и фантазии перемещаются в
область реальной действительности. Оборотни и духи еще живут и продолжают
строить свои козни, а вот чертям и демонам приходится потесниться: в эпоху
Эдо мало кто уже верит в возможность появления беса посреди людной улицы
города. Теперь на авансцену повествования о чудесном выходят привидения...