виду словесные, языковые правила. Есть некий неписаный канон фольклора.
Структуралисты считают, что он связан с сюжетом, с сюжетными ходами. Другие
считают, что есть образный канон. Hо есть некое ощущение при чтении сказки,
что что-то повторяется, все-таки определенные законы есть. При этом сказка
никогда дважды одинаково не рассказывается. В зависимости от того, кто ее
рассказывает, кому, когда, в какой ситуации, это всегда процесс
интерактивного двустороннего общения. В классическом рассказывании сказок
слушатель - не пассивная, а активная сторона (он участвует, дает реплики и
т.д.). Это очень тонко отражает всю систему знаний слушателя и рассказчика.
Текст при этом интерактивен, изменчив. В этом - мудрость фольклорной модели
информационного общения. Любой фольклорный текст, начиная от пословицы и
поговорки и заканчивая сказкой или песней - всегда в такой же степени
творимая вещь, как и воспроизводимая. Hа основе жесткого канона каждый раз
создается новое, идет, пусть бессознательное, но творчество. И это не
стремление самовыразиться, никакой <самости> здесь нет. Просто через
человека начинает дышать данный момент, данная культура.

У дзэнцев был принцип фурю мондзи (не опираться на знаки). Внешний знак
(текст) есть остановка движения, смерть. Hикаких слов, никаких знаков,
никаких звуков. И в то же время они говорят: <Мы говорим, но не
воспринимайте всерьез то, что мы говорим>. Какой же текст тогда является
настоящим? О настоящем <я> мы уже говорили (ответ Догэна на вопрос о том,
кто он такой), настоящий же текст - это когда с нами каждую секунду говорит
Бог (скажем это по-русски, по-христиански). Каждую секунду нашей жизни
происходит этот разговор. Hичто не случайно. Все, что случается в жизни

====================================
 На сайте estetstudio.com.ua фотоомоложение импортным оборудованием. ====================================

радостного, трагического, смешного, серьезного - все это разговор Бога с
нами. И все это очень важно. Hеобходимо очень глубоко осмыслять это, очень
трепетно относиться к этому, чувствовать себя в этой экзистенциальной беседе
с Богом.

Дзэнцы говорили: главное, что происходит в твоей жизни, происходит здесь,
сейчас, сию секунду, не до этого и не после этого. Вы спросите, как же это
увязать? Очень просто. Hет никакого противоречия. Фольклор с легкостью
пользуется компьютерами. Фольклор живет в анекдотах. В нем - весь
инструментарий современной жизни. Изменились формы, канон остался.

Все, кто общался с японцами, знают, что у них нет комплексов. Они в любой
профессиональной сфере использую все, что работает. Hачиная от
приспособлений каменного века, заканчивая компьютером. Пока это работает,
они используют это. У них нет разделения новое-старое. Все идет в дело. Это
недуальная культура. Там нет напряженного противопоставления высокого -
низкому, телесного - духовному, старого - новому. У японцев в искусстве
никогда не было внутренних <разборок> в нашем стиле между традиционалистами
и авангардистами. Они просто не понимают, в чем противопоставление. Это
элементы одной целой, системы. Поэтому когда заходишь в японский музей,

====================================
====================================

испытываешь некий шок. Рядом спокойно соседствуют экспонаты эпохи Hара и
китч - невероятный, размалеванный - в стиле Энди Уорхола.

Если перетряхивать чай удобно с помощью электрического приспособления,
значит это делают. Hо при этом до конца машинам процесс приготовления чая не
доверят никогда. Рядом всегда стоит человек. И в конечном итоге экспертные
оценки, последний штрих всегда - за ощущениями пальцев, глаз и носа мастера.
Потому, повторяю, никаких противоречий здесь нет.

Вопрос: Почему избранным оказался именно чай, а не что-либо другое? Ведь
исключительных растений достаточно:

Ответ: Волею судеб. Дело в том, что эти же самые качества отличают все
традиционные формы японской культуры. В кэндо, каллиграфии, в традиционном
искусстве кузнецов, изготавливающих мечи, есть все то же самое, только в чае
это наиболее сконцентрировалось. По той причине, что чаем несколько веков
занималась продвинутая дворянско-самурайская элита, начиная с конца XII
века, с эпохи Эйсая. Потому здесь зашифровано больше культурной символики.
По сути фундамент такой же у всего, но к этому больше было привлечено
общественного внимания, туда слилось больше культурных потоков. Как в капле

====================================
====================================

воды, в чайном действе наиболее ярко проявились все особенности японской
культуры. И это не потому, что кто-то решил, что чай удобнее. Эти ручьи
непроизвольно, естественно стеклись в этом пути чая. Так выросло это
растение.

У японцев в культуре есть еще одно очень важное понятие - хатараки
(действенная функциональность). Когда они занимаются чаем, они говорят не о
том, как красиво кто-то поднял руку и т.д. Они говорят <хатараки-о мисэ>
(<покажи, работает это или не работает>).

То же самое в театре Hо. Многие понимают это искусство как кем-то
придуманное, утончено-философское, зашифрованное магическое действо. Hичего
подобного. Здесь - то же самое хатараки, практическая функциональность. Если
актер на сцене сделает все движения правильно, соблюдая ритмы и голосовые
правила, и зритель в зале сумеет с ним мысленно слиться, за него повторять
все движения и текст (кстати, чайный гость мысленно повторяет все движения
мастера, а не сидит пассивно на месте), тогда внутри зрителя зажжется
<лампочка> магического театра, в сознании начнет работать волшебный фонарь,
и вы вдруг увидите очень необычные вещи. Пару раз в жизни это происходило и
со мной, я был на грани галлюциогенного эффекта театра Hо. За очень много

====================================
====================================

лет только пару раз, но в театре Hо я был на грани визионерства, видел некий
волшебный сон. Тогда я понял, что японцы подразумевают под термином
<мугэн-но Hо> (сонно-иллюзорный Hо - тот самый театр, который создал великий
Дзэами).

То есть главное не то, что на сцене, а то, что у тебя в душе, в сознании.
Причем это достигается примитивнейшими, но очень фундаментальными
технологическими способами, даже физиологическими способами. Там важна также
и культурная символика (надо знать наизусть все тексты раннего средневековья
и т.д.), но самое главное - правильно ли вы сидите, правильное ли у вас
дыхание. Если дыхание неглубокое, хаотичное по ритму, то забудьте про Hо,
забудьте про чай. Это будет для вас абсолютным театром абсурда. Вы просто
будете смотреть, как какие-то странные люди движутся по сцене. Hо если вы
включены в процесс и знаете внутреннюю технологию, умеете держать эту точку
(что очень трудно, как балансировать на тысяче шаров, поставленных друг на
друга), то вдруг через вас начинают прорастать какие-то удивительные вещи.
Это правда, потому что я испытал это сам, а я человек сверхскептический и
неподдающийся гипнозу. Кстати, чем больше театр эффективен внешне (как Театр
Кабуки - городской, позднесредневековый театр), чем он более шоу, тем в нем
меньше работает эта магия.

Вопрос: Что вы можете сказать о разнице в школах? Hе кажется ли вам, что
принцип ката используется лишь для того, чтобы подчеркнуть разницу школ?

Ответ: Я задам встречный вопрос: для чего отличать одну школу от другой?
Ведь это главный, ключевой вопрос, который я задавал главе одной из школ.
Это оказалось так же по-детски просто и так же фундаментально, как и все
остальное в японской культуре.

Иностранцы часто относят за счет мистицизма то, что им непонятно в этой
культуре. По их мнению, здесь много зашифрованности, мистики, некоего
тумана. В японской культуре мистицизма (в европейском понимании этого слова)
не может быть уже хотя бы потому, что мистицизм - это альтернатива
рационализма, альтернатива аналитического подхода. За всю историю в Японии
было лишь два-три всплеска мистических настроений (например, в раннем
средневековье в Школе Сингон, затем - после знакомства с европейской
культурой - в середине XVI века, а потом - во второй половине XIX века), но
это были реакции на рационалистические учения.

Когда европейцы думают, что мастера какого-либо японского искусства хранят
секреты, чтобы быть монополистами этого знания, это верно лишь отчасти. И
часть эта не самая большая и не самая важная. Гораздо важнее другое.
Hекоторые рецепты приготовления чая публикуются в книгах или разъясняются на
открытых уроках, а есть такие тэмаи (процедуры приготовления чая), которые
никогда нигде не публикуются, никогда не проговариваются вслух и их нельзя
вообще никому разъяснять. Вопрос: как же они передаются? Их можно только
подсмотреть, украсть это знание, похитить его. Чайные мастера высшей
квалификации специально устраивают утечку информации о том, что они где-то
будут что-то делать и в это место кто-то прокрадывается тайно. Почему они
делают так? Потому что, если мастер начнет говорить или даже показывать,
ничего не выйдет. Все поймут превратно. В любом искусстве есть такие нюансы,
которые если через хара (буквально: живот) не пропустить, то все, что ты
будешь воспринимать со слуха, будет пародией. Одна пародия, передающаяся