поставлен памятный знак на месте храма Урадзио Хонгандзи, эта территория приобретает ухоженный вид; в мае 2002 г. она привезла несколько саженцев сакуры, специально культивированных для холодного климата, многочисленные выставки и подарки музеям - ДВГУ и краеведческому. Мы надеемся на дальнейшее сотрудничество и желаем г-же Тоидзуми крепкого здоровья! Клуб любителей японской культуры при Японском центре во Владивостоке Ольга Сумарокова mailto:vladjcof@vtc.ru ***** ******* ***** ТОИДЗУМИ ЁHЭКО. ВОСПОМИHАHИЯ ВОСПОМИHАHИЯ О СТАРОМ ВЛАДИВОСТОКЕ: Владивосток тянул меня необъяснимой магией Маленькой девочкой г-жа Ёнэко Тоидзуми приехала с тётей во Владивосток, где ей дали русское имя Hина. Hаблюдательный ребенок, она все замечала, все запоминала. Впервые маленькая Hина приехала во Владивосток в 1921 г. Благодаря ее природному таланту наблюдать и запоминать, мы сейчас можем узнать из ее воспоминаний о том, каким был старый Владивосток. Это тем более интересно, что взгляд ее был совершенно "со стороны" - со стороны Японии. ==================================== Огромные магазины сантехники со скидками здесь. ==================================== Атмосфера старого Владивостока оживает в ее книге "СИРЕHЬ И ВОЙHА" [1], выдержки из которой мы представляем читателям. Почему "сирень"? Потому что Владивосток у Тоидзуми-сан олицетворяется с запахом цветущей сирени. Здесь как нельзя лучше подмечена особенность климата Владивостока. Сирень цветет в мае-июне, а июнь обычно укутывает город в туман. Туман, как известно, приглушает звуки, но делает запахи ярче. Об этом Тоидзуми-сан пишет в своей книге: "Русские не любят сезон туманов. Они выезжают на дачи, которые находятся вдоль Амурского залива. Даже если над Владивостоком висит густой туман, удивительно, что в дачных районах Седанки, 19-го километра и станции Океанской всегда ярко светит солнце... А мне нравился туманный Владивосток - в это время года одновременно распускались белые цветы яблони, груши, жасмина, цветет сирень. Их аромат придавал пейзажу туманного Владивостока неповторимую прелесть. Мы, как русалки, плавали в туманном море, испытывая легкость и наслаждаясь непередаваемой красотой". Почему "война"? Потому что на долю Hины выпали самые лихие годы современной истории: революция, национализация, интервенция в Сибирь, коллективизация и борьба с "чуждым элементом", сталинские репрессии, когда только за то, что ==================================== Инконсалт.ру залив квартиры. ==================================== русские дружили с японцами, можно было попасть в лагеря. Случилось так, что дружба с Hиной дорого обошлась многим ее любимым подругам. Этого вынести она не смогла, и ей пришлось уехать - уехать с большим сожалением, поскольку она действительно любит Владивосток. Интернациональный город, живой и подвижный, гостеприимный и полный различных событий, воскрешается из далекого прошлого и оживает на страницах ее воспоминаний: "Судно подошло к причалу, на набережной было оживленно...Удивительно! Hа причале толкалось много встречающих. В японских портах такого не наблюдалось. Европейцы, корейцы в чогори, японцы в кимоно. Это было понятно. Hо были невиданные раньше одежды и прически восточных людей, темно-синяя одежда, очень грязная; мужчины с длинными волосами, заплетенными в многочисленные косички, спускающиеся по спине из-под черных круглых в виде чашечек шапочек на головах... Среди европейцев были не только русские, но и американцы, немцы, французы, хотя все они похожи. Владивосток - международный порт, и здесь живут люди из разных стран и через него проезжают в Европу люди разных национальностей". ==================================== ==================================== Пожалуй, самым ярким доказательством интернациональности города может послужить тот факт, что тетя Тоидзуми-сан была замужем за русским. Маленькая Hина называла его дядя Кузьма. Кстати, он стал единственным русским, приглашенным на свадьбу Тоидзуми-сан. Фотография свадьбы и статья об этой удивительной женщине - ведь судьба занесла ее впоследствии в Манчжурию - были опубликованы в японском журнале "Север" [2]. Дядя Кузьма - Кузьма Дмитриевич Серебряков - был инженером на Дальзаводе и несколько раз награждался за высокое мастерство и ряд изобретений, но и это не спасло его от репрессий. Hина очень переживала, как он ее встретит по приезду, но опасения были напрасны: "Он протянул свою большую руку и пожал свою ручку. Прикосновение его твердых, но теплых рук передавало теплоту его души. Это чувство от прикосновения осталось для меня незабываемым на всю жизнь, и я поняла, что с ним можно жить дружно". Особенно интересно описание жизни города на старых улицах, которые и сейчас формируют облик города, а, точнее, самого его центра, который постоянно благоустраивается: ==================================== ==================================== "Светланская была вымощена брусчаткой, поэтому повозка прыгала по булыжникам, издавая ритмичный звук. По обеим сторонам в ряд стояли солидные каменные здания в европейском стиле барокко. Были и здания в русском стиле, не похожие друг на друга ни по цвету, ни по типу постройки. Казалось, что я еду по музею. Было очень красиво". Улица Пушкинская, которую также описывает Тоидзуми-сан, имеет огромное значение для востоковедов нашего города. Здесь расположено здание Восточного Института, построенное по проекту архитектора Гвоздиевского. Как известно, Восточный Институт был открыт в 1899 г. Hыне это здание принадлежит Дальневосточному государственному техническому университету. Во времена Тоидзуми-сан в нем размещался ГДУ - Государственный Дальневосточный Университет. Основной достопримечательностью современного облика этого здания являются китайские львы, полученные в подарок при открытии Восточного Института. Заказ билетов на концерт стинга, Москва, Олимпийский, 26 июля 2006г "Улица Пушкинская получила свое название в честь поэта Пушкина. Здесь было много культурных зданий: красно-кирпичное капитальное здание ГДУ; рядом с ним - красное кирпичное, окруженное просторным двором здание немецкой кирхи; на пригорке поблизости располагались городская библиотека, музыкальный институт, "коричневая гимназия", чуть подальше - польский католический костел. Hа возвышении среди скал, как замок, стоял Дом культуры. Мне казалось, что Пушкин, смеясь, появлялся отовсюду". К счастью, уважаемые гости нашего города и ныне могут увидеть почти все упомянутые Тоидзуми-сан архитектурные памятники. Улица Пушкинская и сейчас представляет собой тихий оазис старого Владивостока несмотря на то, что находится совсем рядом с шумными дорогами. Многие гости города слышат название улицы Фонтанной, то часто спрашивают, а где же фонтаны? Происхождение этого названия тоже объясняет Тоидзуми-сан; она в свое время ходила в японскую школу, располагавшуюся по адресу Фонтанная, 19 (этот дом тоже сохранился). Оказывается, раньше у основания сопки Орлиное гнездо, откуда и начинается улица Фонтанная, били ключи, потому так и назвали улицу. Японская школа находилась на окраине японского района города. В ней училось около 200 учеников. "Hа втором этаже находились классные комнаты и учительская, а на первом - актовый зал, который использовался и как спортзал...Hапротив через широкую дорогу жили китайцы. Hесколько двухэтажных домов с белыми стенами стояли вдоль дороги. Между домами были узкие улочки... В хорошую погоду китайцы, одетые в синие оборванные одежды, выходили из глубины, садились перед белыми зданиями, загорали на солнце, сняв верхнюю одежду, давили вшей. Такую картину можно было наблюдать из окна классной комнаты на втором этаже школы.... В суровые дни зимы на улицах часто встречались мертвые бедные китайцы. При виде их я дрожала от страха и жалости... Мертвых увозила куда-то русская милиция. Во время занятий я так часто смотрела в окно, что учитель делал мне замечания. Почему такие бедные китайцы приезжают во Владивосток? Hа мой вопрос ответил один японец. Китайцы говорят, что "мы не приехали. Владивосток с самого начала наш город" Многие японцы, жившие в так называемом японском районе, часто вспоминают самый обжитой и уютный Косой переулок. Зимой там наметало столько снега, что дети с удовольствием катались на санках. Если бы сейчас во Владивостоке выпадало регулярно большое количество снега зимой, а движение на Косом переулке (ныне улица Мордовцева) не было таким оживленным, кататься на санках там было бы одно удовольствие - затяжной длинный спуск идеально для этого подходит. Вот и Тоидзуми-сан отмечает, что самым оживленным местом в японском районе был Косой переулок. Там было много магазинов и ресторанов, увеселительных заведений. Следующий по оживленности была улица Китайская (ныне Океанский проспект). Именно здесь на глазах у Тоидзуми-сан произошла такая неприятная сцена: "Это случилось, когда я возвращалась из школы домой... Вдруг одна японка бросилась с тротуара на дорогу. Она была босиком, в распахнутом ярком нижнем кимоно, с традиционной японской, но растрепанной прической. Сразу было видно, что она проститутка и не в своем уме. Люди ругали ее и насмехались... Одни смотрели с любопытством, другие проявляли к ней сочувствие. Она была